...

1000 и 1 сон

2006-11-30T16:13:36Z

Дорогие друзья, вашему вниманию представляю небольшую подборку из коллекции снов, собранных по разным сайтам данной тематики (среди них есть и такие, к примеру, на которых можно получить комментарий психолога или астролога, или к.-л. ещё толкователя). Забавные и страшные, глупые и вещие, приятные и не очень, в-общем, каких только снов не видят люди каждую ночь…

Лужа

Место сна - наша большая комната. Как это часто во сне, все размеры искажены в большую сторону - комната длится и длится вдаль, потолок - высоко. Действующие лица - я и моя сестра, вижу нас обеих со стороны, внешне - мне около 20-ти, сестре, соотв. - лет 14. Но осознание ситуации - сегодняшнее (в смысле во сне думаю о себе, как о взрослой). Возле двери в комнату с одной стороны у нас стоит шифоньер, с другой - родительская кровать. На входе в комнату - лужа, не так, чтобы большая, но не перепрыгнешь. Темного "жирного" цвета, большей частью расположена в комнате, немного - в коридоре. Мы сидим на шифоньере, нам надо выбраться из комнаты. Предпринимаем различные попытки - слазим с шифоньера и пытаемся ее обойти со стороны кровати, зачем-то пытаемся просто перепрыгнуть на кровать - суть одна - так обойти лужу не удается. Продолжается это довольно долго

(несколько раз просыпалась с неприятным чувством тревоги и легкости - как при падении).

Наконец пытаемся лужу перепрыгнуть, подходим близко к краю. Сестра каким-то образом оказывается ногой в этой луже и ее начинает засасывать. Я ей даю руку, тяну, но ее все затягивает и затягивает. Меня раздирают противоречивые чувства - с одной стороны - мне страшно, я плачу, кричу ей что-то типа - Держись, давай и т.п. С другой стороны, я думаю - Боже, какой бред - это же просто лужа на полу, как она может быть глубокой? Но, в общем, в конце концов сестренку затянуло полностью. Я бегаю вокруг лужи, плачу, слезы просто крокодиловы, но до конца в случившееся не верю...

Проснулась. Как положено, в поту и с сердцем, колотящемся в горле, как будто и впрямь рыдала и бегала. Через некоторое время сон не повторился, но как бы перекликался с первым.

Я и еще кто-то искали повсюду мою сестру, ходили с ее фотографией, опрашивали народ, хоть и знаю, что ее нет в живых... Но вид делаю, что тоже озабочена и ищу. И, совсем недавно - опять та же комната, та же лужа. Я опять на шифоньере, одна.. Возраст мой визуально - лет 16, вижу себя опять же со стороны. Я вдруг отрываю дверцу шифоньера (ту, которая дальше от двери), она падает наискосок над лужей и краем ложится на кровать и с нее можно спокойно перебраться в коридор! Я досадую, очень досадую, что решение пришло так поздно, но не слишком - я все еще лелею надежду, что это было "невзаправду", уж слишком нереально. Появляются родители. Видимо, я им все-таки все рассказываю. Не помню, что там было в середине - я куда то ушла, не очень зафиксировалось. Помню заключительную сцену - прихожу - лужи нет.
Мама говорит - мы ее вымыли.

Слива

Все пассажиры - на палубе, тусуются. Появляется человек, который раздает всем какие-то шарики-фрукты, напоминающие круглую, бардово-красную спелую, сладкую сливу. Я пытаюсь постичь его мастерство. Он то появляется, то пропадает. Его задача - дать каждому съесть сливу и когда это сделают все на корабле, что-то изменится. Он или волшебник, или инопланетянин. Я слегка удивляюсь этому факту и начинаю помогать ему. Он молча принимает мою помощь. Я очень удивляюсь, когда некоторые люди не получают шарик, оказывается, он нутром чует, что этот человек уже съел ее, а слив ровно столько, сколько человек на корабле. Рядом танцует парочка гомосексуалистов, он им не дает - они уже раньше получили свое. Тут появляется его помощник, тоже не с корабля, но как и все, он должен причаститься. Мой учитель кладет сливу ему на плечо, она скатывается ему в руку - так я понимаю, что они давно знакомы. Новичок гол по пояс. Осталось три сливы, одну из них мой учитель надкусывает и пугается.
Мы спускаемся по лестнице на нижний этаж (нижнюю палубу), тут стойка бара. Парочка, сидящая за столом, получает две сливы. Теперь остался только кок-бармен. Это маленький лысый толстый человечек в поварском одеянии (что-то типа белого халата или белой футболки). Он наотрез отказывается пробовать подносимое, делая это невербально и не разговаривая с нами. Однако он уступает под давлением моего спутника, тем не менее у меня рождается подозрение, что с умыслом, потому что он берет в руки ставшей целой сливу (это та, что была надкушена), пятится назад, все время кивая головой - как китаец, проходит дверной прием и оказывается в туалете(?)- он бросает недвусмысленные взгляды на унитаз. Как только мы отвернемся, он выплюнет ее в дырку. По полу местами течет холодная вода. Но мы все не отворачиваемся и он глотает ее. Ему становится плохо - он не подавился ею, но он ее не переваривает и собирается сдохнуть. Для начала он начинает икать и хочет, чтобы его вырвало в унитаз содержимым желудка вместе со сливой. Если его вырвет, то мы второй раз не сможем уговорить его повторить съесть предлагаемое. Он настолько не переваривает ее, что теряет сознание. Мы подбегаем к нему и укладываем на спину на пол в воду. Живот очень короткий и сразу же начинаются ноги. Он (живот) так и напоминает в этот момент чайник, у которого есть длинные ноги. В туалете странное освещение - его голова лежит в зоне света красного фонаря, поэтому лицо бардово-красное. Когда мы сажаем его, лицо становится нормального цвета.
Человек-чайник разгибается (распрямляется) и становится длинным. Теперь у него очень длинная грудная клетка, худой живот, а низ живота напоминает низ шарик (презерватива) с водой, если воды много. Я начинаю щупать живот человечка, как это делают доктора. Он говорит, что очень холодно лежать. Конечно, он же лежит в текущей по полу воде/моче. Несмотря на то, что это туалет, я не чувствую запаха мочи. Я подвожу руки под его спину и ноги, приподымаю и собираюсь перенести на сухое место, где появляется сложенная по ширине вчетверо простынь (то есть она обычной длины, но Уже выглядит). Одномоментно с брезгливостью (неохота руки мочить в моче) я чувствую сострадание. Он обхватывает меня за шею и оказывается на сухой простыни. Я прощупываю у него в животе проглоченную сливу. Человечку уже вроде нормально.

Самолёт

Снится мне сон, что я лечу в крупном таком самолете, примерно Боинг, но у него почему-то нет стен боковых и это никого не смущает, все думают, что так и надо. Что самое интересное, в самолете в качестве пассажиров летят все мои друзья со школьной скамьи, я вижу их лица, и прктически у всех них в руках портативные компьютеры, у меня это все вызывает дикое удивление. Летим мы над каким-то лесом в горах, да так низко, что практически днищем касаемся земли, и я вижу отчетливо нижние ветки деревьев и думаю, как это мы деревья крыльями самолета не посшибали. В-общем, вид такой сбоку, как в автомобиле из окна. Вдруг я стала замечать какие-то маленькие красные огоньки за бортом самолета, я подумала, что это пожар, хотя дымом не пахло. А в самолет этот я попала через станцию метро и меня не пропустил турникет, захлопнувшись передо мной, я еще о чем-то постояла и поговорила с дежурной по станции (не помню о чем), прошли мимо какие-то военные молодые парни, а потом я уже сидела в самолете.
Самое интересное , что на следующий день меня действительно не пропустил турникет в метро, захлопнувшись передо мной, а все почему? Просто, я не бросила жетон, крепко зажав его в руках, и на пролом шла прямо в полной уверенности, что его сбросила куда надо. Такой случай в моей жизни в первый раз.

Луна

Приснилось мне, что Луна падает на Землю. Что ее движение замедлилось, орбита сужается, и она падает. Я в своей комнате. Черная ночь, и в темном небе висит огромная желтая полная луна низко над горизонтом. И неизвестно, сколько осталось: несколько месяцев, дней или часов. Мне страшно, но некуда бежать. Чувства испытывала такие же, как если бы такое случилось на самом деле. И я думала, что когда луна упадет, половину людей она раздавит сразу, а через образовавшуюся дыру в озоновом слое улетит весь воздух, и жители другой половины Земли задохнутся (ну вот так я думала во сне), так что спастись невозможно. А затем случилось лунное затмение. И я подумала, это такой нехороший знак, видимо мы погибнем очень скоро. А в комнате каким-то образом оказался мой институтский преподаватель. Он спокойно наблюдал затмение, что-то записывал. Я не понимала его спокойствия, я сказала ему: «Ведь мы скоро все погибнем». Но он стал говорить мне, что Луна дальше не пойдет, что она здесь остановится. Это было неубедительно, но я все же стала на это надеяться, а что еще оставалось делать? Потом я проснулась. Потом заснула снова. Но сон уже не был таким ясным и ярким. Приснилось, что Луну какими-то канатами перетащили на ее прежнюю орбиту, правда неизвестно, надолго ли.

Акулы

Мы находимся на каком-то островке рядом с основным берегом. Этот берег не попадает в поле зрения, но такое ощущение, что он всегда за спиной. Вместе со мной по островку бегают другие люди, знакомые и не очень. Мы здесь собрались для того, чтобы понырять со скал в море. У всех ощущение готовности, но мы не начинаем. Неожиданно появляется мой друг, которому я очень рад (в реальности он работает проводником на поезде). С его появлением мы приступаем к нырянию. Я стою на скале высотой метров пять и смотрю в воду. Самого прыжка и погружения под воду не помню, но вот я уже среди голов других купающихся. Вдруг я оказываюсь на верхушке маяка, который венчает этот островок. Вниз смотреть отсюда страшно, не то что даже прыгать. Вдруг начинается отлив и мы с возгласами видим, как было опасно прыгать, потому что во многих местах буквально на глубине метра скрывались покрытые короткими зелеными водорослями скалы, между которыми и была безопасная для ныряния глубина. Как только никто не убился? Я спускаюсь к кромке воды, иду и смотрю на эти скалы. Солнце их хорошо освещает. Меня привлекают возгласы людей "Опасность" с той оконечности, куда я направляюсь. Я спешу туда и вижу, как по поверхности к нам скользят плавники страшных акул. Неподалеку от нас они разворачиваются и я вижу, что это не рыбы, а созданные людьми механизмы с плавниками, на которых сидят дети. Они уплывают.

Разные

Я стояла в метро на перроне, поезда ждала, вдруг вижу, что несколько молодых парней спустились вниз платформы к рельсам и пытаются перевести стрелку (хотя откуда она там?) Вдруг им навстречу, в лоб, влетая, приезжает долгожданный мной поезд и получается такой сильный взрыв, просто ужас.

Мне сегодня приснился сон. Я иду по дороге, между цехов. Дорога весной, снежная каша, Я иду по правой колее и вдруг проваливаюсь правой ногой, и чувствую, что там, где я провалилась нет дна! Мужчины, что шли впереди оборачиваются и говорят, что это типа "озоновая дыра", только в земле.Я проваливаюсь еще сильнее и чувствую стремительный поток, такой сильный, что боюсь, что спасатели меня просто не смогут удержать и меня надо привязывать к колонне. Один мужчина ложится со мной рядом и подает мне руку или, лучше сказать, подхватывает меня под руку, но я не чувствую защиты и просыпаюсь.

Во сне видешь взрыв от газа эвакуация из своей квартиры и буквы "у" "е".

Приснились мне тараканы, сначала небольшое кол-во, один-два стали вылезать на стену, я их убила. Потом их стало больше, я отодвинула кресло от стены и увидела там большое количество тараканов, не то чтобы я испугалась, просто неприятное ощущение. И попросила своего отца помочь мне избавиться от них, сон закончился тем, что папа все-таки не смог мне помочь и последнее что я видела были все те же тараканы. Рыжие обычные.

Сегодня ночью мне приснилось, что моя самая любимая женщина буквальным образом сбежала от меня с моим бывшим знакомым. Мои дружеские отношения в реале с ним не сложились, потому что он неприятный тип - этакий честолюбивый сноб, но не скрою - он пользуется успехом у женщин. Это вещий сон? Значит, нужно сказать этому любителю юбок, чтобы он держался подальше от моей девушки?

В выходные сон приснился, будто война началась, но никаких боевых действий, никакой паники, тревоги. Захожу в супермаркет и набираю круп по пакетику, сахара, думаю "война ведь, запасы делать надо". Причем ясно помню, что все это брала не для себя. Яркий сон такой, цветной. А потом приснилось платье вечернее, красивое! Верх легкий, а подклада меховая :-) И что бы значило? Как говорил один знакомый своей жене (они давно развелись) - дура, и сны у тебя дурацкие...

А мне приснился сон, как будто мой муж...беременный. А я во сне его так, с иронией, спрашиваю: "А это у тебя первая беременность?" Когда я ему рассказала сон утром, он даже не улыбнулся! Это меня очень удивило.

Незнакомцы

2006-11-28T15:26:46Z

Темнота.
Звук открывающейся двери. Кто-то входит.
Девочка – Лёша, ты?
Мальчик – Ой, простите, в темноте дверью ошибся.
Дверь захлопывается. Некоторое время тихо.
Девочка (раздражённо) – Куда же он запропастился?
Скрип дивана (встаёт). Шаги по комнате. Дверь открывается и захлопывается.
Некоторое время тихо.
Звук открывающейся двери. Кто-то входит.
Парень - Ау-у, ты где?
Шаги по комнате. Скрип дивана (садится).
Некоторое время тихо.
Звук открывающейся двери. Кто-то входит.
Парень – Катька, ты?
Девушка – Ой, простите, в темноте дверью ошиблась.
Дверь захлопывается.
Некоторое время тихо.
Парень (раздражённо) – Куда же она запропастилась?
Скрип дивана (встаёт). Шаги по комнате. Дверь открывается и захлопывается.
Некоторое время тихо.
Звук открывающейся двери. Кто-то входит.
Женщина - Ау-у, ты где?
Шаги по комнате. Скрип дивана (садится).
Некоторое время тихо.
Звук открывающейся двери. Кто-то входит.
Женщина – Митя, ты?
Мужчина – Ой, простите, в темноте дверью ошибся.
Дверь захлопывается. Некоторое время тихо.
Женщина (раздражённо) – Куда же он запропастился?
Скрип дивана (встаёт). Шаги по комнате. Дверь открывается и захлопывается.
Некоторое время тихо.
Звук открывающейся двери. Кто-то входит.
Старик - Ау-у, ты где?
Шаги по комнате. Скрип дивана (садится).
Некоторое время тихо.
Звук открывающейся двери. Кто-то входит.
Старик – Валюша, ты?
Старушка – Ой, простите, в темноте дверью ошиблась.
Дверь захлопывается.
Некоторое время тихо.
Старик (раздражённо) – Куда же она запропастилась?
Скрип дивана (встаёт). Шаги по комнате. Дверь открывается и шаги удаляются.
Свет зажигается и освещает комнату с белыми стенами, абсолютно пустую. В каждой из её стен открытая дверь за которой видна уходящая вдаль анфилада точно таких же комнат.

сон про номер в румынском цирке

2006-11-25T11:07:12Z

Сон мне сегодня приснился, что просыпаюсь и курить очень хочется. На кухню иду мимо большого зеркала и вижу, что это не я в нём, а кот. Обычный такой, серый в полосочку. Прихожу на кухню, а там на столе открытая пачка масла лежит. Я на стол заскочил и стал это масло лизать. Тут вдруг жена в кухню заходит. - Ах паршивец! - кричит. За шкирку меня хватает и в форточку. Сел я у дороги печальный и умываюсь. Смотрю, мимо на телегах цирк проезжает румынский. Как-то сразу мне это вдруг стало ясно, по запаху. Видно чутьё кошачье открылось. Одна из лошадей меня спрашивает, - Ты чего это, серый, такой печальный сидишь? – Да вот, - говорю, - котом проснулся. На кухню пошёл и масло увидел. Не сдержался, залез на стол и принялся масло лизать. Хозяйка заметила, за шкирятник схватила и в форточку. Вот и не знаю теперь, что делать. – А ты с нами давай, - лошадь предлагает, - будешь в шляпе-цилиндр по проволоке ходить и сигарой дымить, а придём в город Лодзь, там аптека на площади, может лекарство тебе от кота подберут. – Хорошо, - говорю, - давай, тем более, что я курящий. В-общем, выступаю я с этим цирком и номер мой публика хорошо принимает. Аплодисменты всё время и даже цветы мне однажды бросили, правда, поднять их не смог и только понюхал. Кормили довольно сносно плюс без ограничения курево. Так и добрались до города Лодзь. Я к лошади подхожу и спрашиваю, как мне до аптеки добраться и как там объяснить в чём дело. Язык-то я, конечно, любой понимаю, а вот говорить могу только с животными. – Ничего, не беспокойся, - успокоила лошадь, - ты, вот что, положи в мешочек деньги, сто злотых одной бумажкой, и зеркальце небольшое, в зубах этот мешочек аптекарю принеси, а он человек учёный и догадается. Сделал я всё, как лошадь сказала и побежал на площадь в аптеку. Мешочек аптекарь открыл и сразу всё понял. Ушёл и вернулся с какими-то порошками. Перемешал их на стёклышке и бумажку в сто злотых трубочкою свернул. Присел ко мне и говорит, - Давай ноздрями поочерёдно через трубочку нюхай, только не расчихайся. Я носом пошмыгал, а он мне тут же зеркало суёт и кричит, - Скорее смотри! Глянул в зеркало, а это я в нём и уже у себя дома, и выгляжу как человек, только щетина колючая на лице выросла. Ну, это ерунда, думаю, сейчас покурю и побреюсь. Ищу сигареты и понимаю, что я их в цирке оставил и чтобы туда попасть надо опять заснуть и котом проснуться. От этой мысли меня прямо в холодный пот бросило и тут я уже проснулся окончательно.

Как старушка дорогу переходила

2006-11-20T00:20:12Z

Шла однажды старушка по Каменноостровскому проспекту в аптеку. По мосту через Карповку перешла, миновала угол Чапыгина. Знаете, там где башня телевизионная. Смотрит, а оказывается аптека совсем по другой стороне. Она даже вслух про это сказала,
- Вот напасть, как наизнанку вывернули!
Ну, вывернули и вывернули, а дорогу всё-таки пересечь надо. Отправилась она к ближайшему светофору, который на переходе мигает. Там даже разметка по асфальту нанесена, только сейчас она снегом засыпана. Видно, что и люди какие-то на перекрёстке стоят и тоже переходить собираются. Мужчина в сером пальто с поднятым воротником и две женщины с белыми пакетами в руках и в шапочках. Ещё и девочка с чёрной собакой на поводке, может быть чья-то из них дочка. Пока шла старушка мимо продуктового, моросить начало. Ноябрь из месяцев самый противный. Постоянно какой-то туман и уличные фонари едва светятся, будто на чёрных и скользких ногах чьи-то лохматые головы стоят мутносиние. Мужчина в пальто над собой зонтик раскрыл и крутит, а женщины с пакетами шапочки натянули. Собака к ногам девочки прижалась и хвост поджала, вот она её по голове и гладит. В доме напротив сразу три жёлтых окна зажглись и через подъезд вроде одно красное замигало. Туман этот, будь он трижды неладен, толком разглядеть не даёт. Похоже, что светофор. Идти ещё до него полдома, где почта. Старушка шагу прибавила, чтобы не переходить в одиночку. Люди на перекрёстке зябко зашевелились и выстроились на краю тротуара. Мимо них проехала длинная белая машина, бухая изнутри тяжелыми басами, словно протопал слон. Мигающее красное пятно погасло и вытекло ниже подслеповатым желтком. Вокруг него растёкся бледносиний ореол уличного фонаря. Прямо инкубаторское яичко и чуть не цыплёнок внутри шевелится. Вот-вот проклюнется и посмотрит чёрными глазками. Травка под ним зелёная и в ней скорлупки валяются. Люди встрепенулись и торопливо через дорогу пошли. Старушка за ними поодаль чуть ковыляет. Разве догонишь. Все как часы идут и по слякоти подошвами чавкают, словно тикают. Время для перехода у всех одинаковое и каждый по-своему перейти торопится. Мужчина с поднятым воротником перед собой зонтик выставил чёрным парусом и две женщины за ним пакетами белыми пенятся. Позади девочка и следом собака хвостом подруливает. Старушка вперед сумку выставила и спешит через улицу. Зелёный свет кончился и обратно в яичный желток заскочил. Помигал в тумане и в красное склюнулся, будто уголёк из печки выкатился. Белобородый старичок на печке лежит и скорлупки обратно складывает. Смотрит, что вышло и головой качает,
- Хорошее яйцо, жалко вытекло. Давай скорую беги вызывать. Только смотри, чтоб в море не подскользнуться.
Выбежала старушка и видит, что волны с шестиэтажный дом. Выше-то никогда и не строили на Каменноостровском.

pesochny @ 2006-11-13T18:02:00

2006-11-13T15:02:12Z

Селиванов был Кондрат
Со елдой в мильён карат
В двадцать пять елду отсёк
В тридцать истину просёк!
А тебе уж сорок лет
Понимания всё нет...
Может в том тому причина
То что ты пока мужчина
И отрезавши муде
Станет ясно всё тебе?
Ход планет, движенье вод
В небе голубя полёт

Манших кухутах

2006-11-12T23:42:17Z

Сосед как-то стал упрекать Насреддина, что давно не слыхал от него новых шуток. Ходжа, чтобы тот поскорей отвязался, сказал ему первое, что пришло в голову,
- Манших кухутах.
- Что значат эти слова? Никогда не слышал такого языка, - удивился сосед.
- Да я и сам до сих пор не знаю, - ответил Насреддин, - но, когда с месяц назад мимо проходили двое каких-то иностранцев и один другому это сказал, то они так над этим хохотали, что рассмешили не только меня, но даже мою жену. Наверняка в этом есть что-то очень смешное, так что теперь и ты можешь посмеяться.

Grib-trip collection №3

2006-11-12T16:39:35Z

Следующая история для приятного вечернего чтения называется:

ЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЖЖЖ…

Все началось с того, что я выпил пять (или шесть?) бокалов шампанского на фуршете по поводу открытия регионального конкурса архитектурных проектов. В гости идти не хотелось, настроения было приподнятым, поэтому я решил поехать на электричке домой. Два часа поспать на жесткой лавке, а потом нырнуть в Пестель, спрятавшись от промозглой сырости.

Чтобы сон мой был более сладок, по пути на перрон купил поллитровый батл пива. И выпил.

Естественно в электричке сморило, но спустя час я проснулся от холода и решил пройтись по вагонам, вдруг где теплее. Вот там-то я и встретил старых знакомых. Ольгу и ее спутника жизни, сажень в плечах пьяницу, склонного к полноте и дебоширству – Антоху известного как Дизель. Он был пьян и явно в грибах. Прикладывался к пластиковой полторашке пойла по недоразумению называемого джином.

- Сем! Привет, как хорошо что ты пришел, - обняла меня Ольга, рада тебя видеть очень.

- Как дела?- отхлебнул я из бутылки.

- Потом, потом, - напряженно проронила Ольга, - слушай, прошу, подержи Антона, а то он уже барагозить начал! – попросила она и скрылась в тамбуре.

- Лады, - озадачился я, и взглянул на Дизеля: - давно не виделись, Антох…

- Угу, а мы с полей тока что, грибов набрали, - медленно, словно под водой, выдавил изжеванные слова Дизель. Помолчал, после вскинулся и со словами, «погоди, они там яйца свои немытые к Ольге катят! Пизды счас наваляю!» оттолкнул меня в сторону и быстрыми шагами двинулся в стороны тамбура.

Ударом руки Антоха разбил стекло в дверном кошечке, а когда я подбежал на грязном полу площадки уже боролись двое, нанося удары с широченным, пьяным замахом по голове и почкам. Остальные же с матом пытались их разнять.

- Все! Все! Уберите его! – орали не меня незнакомые мне пацаны.

Пьный драйв заструился по венам, легкая дрожь, как у скануна перед скачкой пробежала волной.

- Заебали! Все! Все! – начал орать я и помогал растаскивать дерущихся.
Антоху усадили на скамейку. Вагон поздней электрички был, не считая нас, пуст.

- Блять, Антоха, ну ты и мудак! – нервоно вышагивал вокрыг него я. Закурил, наплевав на запрещающие таблички. – ты же вместе с ними пил? Хули пиздица было?

- Я между прочим Ольгу защищал, а мне мозжечок отбили.- пожаловался Антоха.

Сейчас он выглядел как обиженный ребенок. Я осмотрел его голову, на затылке было две массивные шишки, губы – разбиты в кровь, но жить будет.

- Совсем забыл, Оль, дай Семену грибов – приоткрыл он глаза.

Ольга вытащила из сумки горсть псилоцибов:

- Держи, я не знаю сколько здесь.

- Да штук тридцать, тридцать пять, - взвесил я на ладони влажноватые поганки.

Съел, одну за другой. Тридцать три. И каждая отчего-то отдает металлическим привкусом. И крупинки земли похрустывают на зубах.
Запил джином. Поезд тем временем шел по направлению к дому.
«Завтра ж на работу, спать осталось – часа четыре», - запоздало подумалось мне.
По хуй, дело сделано. Грибы уже во мне.

- Ты-то сколько съел? - спросил я Антоху.

Тот лежал, вытянувшись на лавке, запрокинув голову и закатив глаза.

- Семен, а что если он не дышит? – всхлипнула Ольга и принялась было шлепать его по щекам и давить на грудь.

- Погоди, солнце, ребра ему сломаешь, - отстранил я ее.

Нащупал пульс на мясистой антохиной шее. Резко надавил большим пальцем ему под нос. Чуть ли не до хруста.

- Дышит.

Дизель поднялся, усевшись по удобнее:

- А?.. Что?.. Да, точно… я же грибы не считаю. Съел где-то… семьдесят. Может, чуть больше.
………………………………

- ЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЖЖЖ…- мягкая вибрация прошла по моему телу, стены вагона сузились и вновь приняли нужную форму. Зленные. Кто-то тепло и мягко надавил на затылок. Прикосновение легкое, словно поток ветра. Я отхлебнул джина. Огляделся, привычно, потому что так начинается всякий мой трип, потерялся в том, правильно ли я держу бутылку, не вниз ли горлышком.

ЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЖЖЖ…- прозвучало приглушенно. Словно через подушку.
Я широко зевнул, зная что это зевок – контрольный.

- Все… началось

- Тебя уже прет, да? – улыбнулась Ольга.

- Аг-ха… - вновь зевнул я.

Свет и цвет, свет и цвет, свет и цвет – все кислотно насыщено.
И мысли, перескакивающие одна другую: как же заебись, как же заебсиь, как же… прошел день, завтра – новый, подыскать бы квартиру… Анька… скоро зарплата, должно быть я брошу пить…
Каждая мысль, возникнув, мгновенно додумывалась и тут же исчезала, вытесняемая другими.
Стало тепло, промозглость вагона совсем не ощущалась. По опыту я знал, что спиртное и сигареты попускают грибной трип, поэтому закурил, чтоб разобраться с сумбуром мыслей. Добил джин увидев, как пузырковая жидкость, щекоча небо и пищевод, вливается мне в глотку. Словно третий глаз открылся во рту.

- Наша станция. Сем, поможешь мне довести Антона до дома? – прервала меня Олька.

Глаза ее ярко блестели и, казалось, жили отдельно от лица.

- Конечно, о чем разговор, - сплюнул я фразой, и взвалил Антоху на плечо.

Сели в такси, резонно рассудив, что в нашем состоянии ехать в набитом под завязку транспорте чревато истерикой или глубочайшим загрузом.
Пъяное тело Антохи разместили на заднем сиденье, Ольга села рядом, я мягко опустился на кресло впереди. Все было мягким. Пахло отчего-то мятой. Зачем-то пристегнулся, сказав:

- Поехали, шеф, с ветерком!

И ветерок действительно был, он пробивался в неплотно закрытые стекла. Свет фар выхватывал из темноты дорогу, я пробовал, точно змея, потоки воздуха своим языком и чувтсвовал, что вот он – мой язык, это та самая дорога в темноте и есть. По которой мы едем домой. И это мне нравилось.

- Оль, взгляни, дорога – похожа на мой язык. По-ощущениям, - просил я через плечо.

Ольга ничего не ответила, водитель посмотрел как-то странно, а когда приехали, торопливо забрал причитающиеся ему деньги и отчалил.
…………..

ЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЖЖЖЖЖ… - машина уехала а стоп-сигналы так и стались висеть в темноте позднего вечера. С легким, словно электрическим треском, контуры домов стали резко очерченными и черно-красными.

- Пойдем? – Ольга вывела меня из подвешенного состояния.

- Пиздец, фу!... пиздец-пиздец-пиздец! Фу…. Меня прет!.. меня…

- я закурил, но тщетно, не попустило, грибы были что надо, сигарета – мягкой и извивающееся, никак не хотела кончаться а под конец зло обожгла мне пальцы. Если честно, я надеялся, что меня оставят ночевать у Антохи, так как домой идти было в дикий лом, но я понимал, что это не дело.

- А… Антона привели? – всплеснула руками его мама, тетя Валя, - сейчас, давайте его уложим и я вас чаем напою.

Сидя на кухне я понял – попал. Необходимо было загнать трип в какие-то рамки, но я догадывался, что в случае этого он может стать злым. И все же попытаться стоит.
Услышав сбивчивую историю про Антона, теть Валя достала из холодильника полторашку пива:

- Что ж делается, что ж делается… дорос до двадцати трех, а ведет себя как мальчишка.. а вы пива хотите?

- Нет теть Валя, - выдохнул я с трудом, пытаясь найти на кухне предмет, который бы не шевелился, не дрожал или хотя бы не кривлялся мне.

Это было бы забавно в другой ситуации, но сейчас я у в гостях, необходимо держать трип в руках…. Необходимо… необходимо…
Перед закрытыми глазами – кислотные мультики: круги и спирали, паровоз нарисованный мелками по черной бумаге – слева на право.. бля-я-ять…

- Я ведь забыла про чай, давайте вскипячу, - тетя Валя поставила не плиту чайник, - ты Семен наверное есть хочешь? А Семен? Спишь?

- А есть? Да, хочу, - прошелестел я словами, заметив что реально подвис да так, что моя сигарета успела сшаять на две трети. Я взял новую.

- Тебе яичницу сделать?

- Н-да, теть Валь.

- Тебе поджаристую или не очень.

- Не очень, - ответил я, хотя и не любил такую.

Стало тепло и уютно, я стекал по стулу, говорить не хотелось со всем, поэтому на все обращения ко мне я отвечал либо «до», либо повторением последней фразы заданного вопроса.
Время остановилось. Я не знал, сколько минут прошло с того момента, как я с Ольгой доставили Антоху домой. Казалось, сейчас закричат петухи.
Теть Валь часто-часто покидала кухню, чтобы проведать своего сына, а на мои глаза словно установили – и, установив один раз, постоянно меняли – фильтры из Фотошопа. Окружающее меня пространство, вся эта кухня, теть Валя в красно-цветастом халате, Ольга с короткими ярко-желтыми, как перья цыпленка, волосами и зеленью глаз – все это резко, как при смене кадра, из нормального восприятия а-ля цветное фото, становилась иным: словно нарисованным цветными карандашами, пастелью, акварелью, мелом…

- Семен, ты кушай, кушай, - обращалась ко мне нарисованная мазками масляной краски тетя Валя. Каждый мазок шевелился. Картины Ван Гога, не иначе.

Я размазывал по тарелке желток куском хлеба и чувствовал себя крестьянином, мальчиком пастушонком, вернувшимся с полей. И приглушенные голоса кругом:

- Оль, Оль… Оль…

- Я же люблю его, теть Валь… а он не понимает… то ни во что меня не ставит, то это пьяная ревность…

- Чаю, пейте чаю… а может пива? Хотя нет, ты же отказывался…Оль, сходи проверь, чего он там…

- тихо, тихо, тихо, тихо….

Где-то капала вода, женский глосс пел под джазовую музыку. Я был уверен, что женщина – белая и блондинка, потрескивало статическое электричество, звякали о края стаканов чайные ложки, кто-то за стенкой меня обсуждал. А может, не меня? Не-е-е-ет, врете, точно меня…. Обсуждал… Только вот – зачем?

ЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЗЖЖЖЖЖЖЖЖЖ!

- А? да, буду, и чай с молоком и жениться. Осенью, вроде, - вынырнул я из трипа. Поставил тарелку с размазанным желтком в раковину.

Есть расхотелось, да и по правде не хотелось вообще, просто слово «да» я сказал на автомате, когда теть Валь спросила, хочу ли я яичницу. Хотелось сделать ей приятное.
Мне вообще хотелось сделать всем приятное, обнять весь мир, что-то теплое раздувалось в моей голове и лопалось, осыпая все сознание хлопьями белого.

- До дома дойдешь или проводить? – спросила Теть Валя.

- Нет-нет, излишне поспешно отказался я и нетвердой походкой проковылял в прихожую, - А сколько времени?

Ответ меня удивил, оказывается, у Антохи я провел всего сорок минут, а казалось – часы. На улице выкурил сигареты и наконец – попустило…

Улыбон, который я так прятал на кухне, расцвел на моем лице в полную силу. Дыжать и зевать было не объяснимо приятно. Воздух и сигаретный дым были вкусны, погода – замечательна. Чернильная темнота дворов мягко обтекала, касалась лица. Я принялся дирижировать сигаретой, выписывая огоньком иероглифы. Где-то играла музыка.

А на работу я утром следующего дня все-таки проспал.

Найдено по адресу: http://www.litprom.ru/text.phtml?storycode=4828

Сообщение о страусе

2006-11-12T15:20:53Z

Сарацины рассказывают такую историю о страусе: у него ноги верблюжьи, а крылья птичьи. Когда ему говорят, чтоб летел, показывает на ноги и отвечает: «Не могу летать, я – верблюд». Когда же ему велят нести поклажу, показывает на крылья и утверждает: «Птица я, и тяжести мне таскать не пристало». – Смейся, ленивый и праздный, имя-то иное, да только здесь про тебя рассказывается.

Яков де Витри. Истории из проповедей.

Grib-trip collection №2

2006-11-12T14:35:29Z

Дорогие друзья!

В продолжение, так сказать, традиции воскресного чтения следующий хит из коллекции грибных откровений.
На этот раз девичье, очень проникновенное и задушевное повествование под названием:

СПАСИБО, ГРИБ

В общем... я их съела.

Место, где я искала их и не нашла еще неделю незад, оказалось просто какой-то "грибной деревней": несколько расположенных подряд полян обрабатываются ежедневно нашими грибниками в количестве 30-40 человек. Некоторые кочки настолько "взъерошены", как если бы по лесу прошел "табун" слонов. Большинство местных обывателей и дачников знают о "каких-то наркотических грибочках", с опаской поглядывают на перемещающихся повсюду в позе рака странных молодых людей, обычные же грибники чувствуют недоумение:

- Что, ребят, грибы собираете?

- Ага.

- Ну и как, много нашли?

- Да, батя, очень много.

- Вот блин, а я полтора часа как ищу, ничё не вижу.

В общем, приехали мы туда с подругой в субботу днем. Отправляясь, я была в замешательстве: Томка (подруга) есть их не собиралась, т.к. даже стоит мне ее просто накурить, она дня три еще тормозит по-страшному, но первым стоял вопрос, собирем ли мы их вообще. Поэтому, чтобы не обломаться в любом случае, вооружившись перчатками и грибной литературой, мы набрали с собой также хавчика и поехали с целью подышать свежим воздухом и "соединиться с природой".

Через 10 минут после прибытия мы поняли, что грибы есть, и их много. Перебирая кочку за кочкой, мы успели познакомиться со многими. Шесть ребят, которых мы встретили первыми, за два часа набрали под 300 штук, что совсем не опустошило плодотворную грибную землю: грибники все прибывали и прибывали, и никто, как в последствии оказалось, не ушел "реальным". Качество местных грибов оценивалось "специалистами" как достаточно удовлетворительное; дачники-грибники предпочитали забираться подальше в лес, вспоминая неприятности с предками: "Папа, как я могу нахер эти твои сливы собирать?! Они же от меня разбегаются!.." Худшим, по их мнению, было есть в одиночестве, чувство, что тебя не понимают - просто убийственно.

К тому времени у нас набралось под штук 60, и я уговорила Томку есть со мной. Даже если перед первым экспириенсом испытываешь страх перед грибами, то после того, как облазишь на корточках пару полян, раздирая траву голыми руками (ха-ха, я-то запаслась перчатками), я уверяю - желание почувствовать плоды своих стараний возьмут верх над любой боязнью.

Мы расположились на одной из полянок и под лучами заходящего солнца вымыли и съели. Я - 32, она - поменьше и поменьше размером. Я беспокоилась больше за нее, чем за себя в силу описанного ранее, но после "пикника" я испугалась, вдруг не вставит. Хотя, в принципе, "единение с природой" прошло удачно, но возвращаться "не с чем" не хотелось. До электрички оставалось еще около получаса, мы повалялись на траве, и почему-то очень хорошо посмеялись над какой-то херней (уже потом я поняла, что смех был немного грибной).

Стоя на платформе, я почувствовала, что мое периферическое зрение расширилось. 180 градусов точняк охватывали мои глаза (потом мне даже казалось, что вижу то, что за спиной).

Сели. Напротив друг друга. Я чувствовала себя обыкновенно. Мы устали; свежий воздух, природа отняли силы. Разговаривать напрягало. И у нее и у меня плэйер: мы начали слушать радио, обмениваясь информацией о прикольных песнях, демонстрируя друг другу высвечивавшиеся на пультах радиостанции. Музыка забавляла. Контенгент в вагоне был приятным: народу не много, какие-то тетки и деревенские старики. Один что-то зло бурчал себе под нос, другой, подальше, казался простым, очень добрым и почему-то, хитро прищуриваясь, мне постоянно улыбался.

Я начала чувствовать себя необычно. Скорее даже, это было неприятное ощущение, как будто я была на грани того, что меня стошнит, но из-за этого все тело расслабило, и стало даже очень приятно. Я стала улыбаться старику в ответ. Меня начала распирать необыкновенная радость, да еще это неведомое ранее ощущение тела!

Я совершенно не стеснялась своей мимики, я с любопытством смотрела на людей и улыбалась, как ребенок. А мимика была богата. И очень артистична. Особенно при исполнении песни "Шелковое сердце", которую мы с Тамаркой одновременно поймали и пели без голоса, только широко открывая рот и искренне изображая переживания Паскаля.

Когда подъежали ближе к Москве, словилась 107 FM, и я перестала страдать херней с переключиванием. Заходило солнце; деревья, поляны пробегали в окне в свете оранжевых лучей. Тело. Мне уже не было плохо от ощущения тошноты, мне становилось неописуемо "лучше и лучше" с каждой минутой. То теплое, мягкое и вибрирующее, что поселилось в моем животе, было просто потрясающим. Когда я смотрела на Томку, мне становилось смешно. Если одновременно и она на меня смотрела, становилось смешно обоим. Я хотела поделиться с ней, рассказать, как же пиздато я себя чувствую, спросить, чувствует ли она тоже самое, но, когда взгляды встречались, я с трудом могла выговорить что-либо из-за смеха. Почему-то казалось, что она понимает меня и без слов. Я знала, что независимо от того, вставило ей или нет, ее все равно накроет; мне казалось, нам необязательно было это обсуждать, т.к. кроме того, что это было индивидуально, это было настолько хорошо, что я понимала: что бы мы не делали - разговаривали / не разговаривали, смеялись / не смеялись, все равно будет неописуемо потрясяюще.

Мы сошли с электрички, и тогда я поняла, что ходить на самом деле не чуть не хуже, чем сидеть. Я не шла, я, можно сказать, летела; мое тело передвигалось в пространстве непонятным образом, да еще это уже 360-градусное зрение. Мы начали смеяться, можно сказать, это очень мешало нам идти (точнее, лететь). Я пыталась в словах выразить все то, что описала в предыдущем абзаце, но это было очень сложно; сквозь смех, она выдавливала: "Да что ты несешь? Хватит, ты сама-то понимаешь, что говоришь?" Я прекрасно понимала, но больше на уровне чувств.

Перед нами стояла серьезная задача - купить сок, сигареты и каким-нить макаром добраться до дома. В нормальном состоянии это не заняло бы и 10 минут, но тогда я ужасно боялась за наше поведение, ибо мы не могли себя контролировать, нас просто распирали счастье и грибной смех. Такой непринужденный, легкий, добрый и откуда-то из души. Необязательно думать, над чем смеешься, как долго смеешься, в отличие от того, что в реале.

Еще, блин, какой-то чувак попался. Где, говорит, тут телефон, ему, понимаете ли, встретиться с человеком забито, а того нет. Будь я не под грибами, я бы толково и вежливо объяснила. Но тогда и я не представляла, где этот телефон может находится. Мы так ему сквозь странно дикий смех объясняли, что после этого он промолвил что-то типа: "Ладно, спасибо" и, видимо, расхотел звонить вообще.

Да еще по пути меня начал бесить пакет, который несла в руках. Он был тяжелый, было неудобно, и бесило то, что там все было в беспорядке: грязные перчатки, книги, остатки еды, мусор, который мы из уважения к грибу забрали с поляны. Я начала его бояться. Мне хотелось быстрее дойти до дома, разобрать его и уничтожить.

Как мы все покупали! Жутко. И смешно. Я с трудом могла выговорить то, что хотела купить, да еще и не смеясь. Девушка в палатке, которая меня знает, так как каждый вечер я что-нибудь покупаю, немного прифигела. Обычно, подходя после работы там в деловом костюме и все такое я говорила с дикторской интонацией: "Здравствуйте. Мне, пожалуйста томатный сок "Любимый сад".. да-да.. и еще это вот, будьте добры.. спасибо.. до свидания" А тут я собралась и громко выдавила из себя: "Будобрыпажста!". Снова собралась и, глядя на нее очумевшими глазами, рявкнула:

"Сад!!!" - "Простите?" - "Сад, говорю!!" Думала, блин, неужели не понятно?

- Да блин, сад говорю дайте.. ну этот блин.. любимый, вот!!

Девушка в ужасе:

- Какой?

Что значит какой, подумала я, любимый какой же еще(!), но остатки моего реального сознания не дали мне уйти в философию и сообщили ей быстро мне на удивление:

- Томатный.

Тамарка сразу же попыталась засунуть сок в ненавистный мне пакет, чему последний очень сопротивлялся. Все это происходило под неистовым ржачем (девушка из палатки точно меня не поняла). Тогда Томка начала вынимать мусор из пакета, меня же просто выворачивало от ненависти и отвращению к нему, сквозь смех я орала на нее: "Дура! На хер ты сейчас это делаешь! Я же сказала, мы дома его уничтожим!!"

Путь от палатки до дома лежал через чучмеков с арбузами. В этом году они вообще охерели: поставили, понимаете ли, рядом себе домик типа контейнера. А Томку, как назло, через контейнер пройти и тянуло. "Тома, мы обойдем" - "Блин, а почему?" Я, показывая на контейнер, очень доступно объясняю: "Там арбузы". - "Какие арбузы!?" - "Блин! Там опасно!! Там арбузы живут!!!!" Она поняла, что с этим просто не поспоришь, и послушалась.

Вопрос: как дойти до своего подъезда, предварительно пройдя еще пять и на глазах у всего двора? Мы остановились покурить, чтобы подумать над этим. Но вместо этого начали делиться впечатлениями о том, что нас действительно накрыло, и сделало это совсем не по-детски. Короче, как-то мы преодолели подъезда три; увидев, что перед моим стоят два парня, мы еще долго сосредотачивались у соседнего, но по-любому, прошли мимо них с истерическим смехом.

Открылся лифт: "А почему все так криво?", открылась дверь в квартиру: "А почему столько обуви?". Я еле узнавала свою квартиру. Все было каким-то необычным, предметы были на непривычном расстоянии, все было кривым и плавающим. Я была в ужасе: в квартире был бардак (!) (обычно, я не обращаю особого внимания, но тут меня просто выворачивало от этого). Первым делом после того, как я вымыла руки, было уничтожить пакет. Наконец-то я разобрала и расправилась с ним. Возник вопрос: идти на улицу, где, ясен хер, было бы прикольнее, или оставаться. К тому времени уже стемнело, и было страшно идти куда-либо, т.к. мы совсем не могли себя сдерживать.

Мы решили остаться и ловить глюки дома. Уже давно было понятно, что я очень счастлива, а то, что я - это не я, было стопудов. В честь принятия решения остаться дома надо было переодеться. Томка как ни в чем не бывало заявила: "Найди мне какие-нибудь штанишки и кофточку." Ничего себе сказала, мне бы вспомнить, как эти вещи выглядят-то ваще, что это за предметы такие непонятные и нахер они ваще нужны в хозяйстве. Ощущение, что в этой квартире я во второй раз в жизни. Мы долго смеялись, когда я ей показала, что я нашла. Мы искали вместе. Я очень торопила ее переодеться. Казалось, пока она не снимет брюки, я вообще ничего сделать не смогу (какие тебе, блин, фотки показать, брюки, говорю, сними!!!) Когда это, наконец, произошло, она спросила: "А что делать-то теперь будем?"

Этот вопрос застал меня в расплох. А я откудова знаю? До меня с ужасом дошло: я понятия не имею!! Но я не растерялась и сказала, что надо пойти покурить. Я почему-то (с удивлением для себя) объяснила ей, что всегда, когда не знаешь, что делать, надо пойти и покурить (?)

Мы долго думали и поняли, что действительно не можем даже вообразить, чем можно было бы заняться, и я предложила ей вспомнить, чем мы занимаемся обычно в своей реальной жизни^*. Наступило страшное: мы не смогли ничего вспомнить из того, что мы обычно делаем. Мы только знали, что мы курим, а ей удалось вспомнить, что она любит пить чай. Так мы и сидели на кухне под грибным смехом, постоянно затягиваясь, а она еще непрерывно пила чай.

Я же не хотела есть. Я не хотела пить. Я вообще в этом не видела никакого смысла. Кроме того, меня мучал глюк. Он начался еще тогда, когда мы подходили к подъезду. Он не был зрительным. Не был слуховым. Это был тактильный глюк! Когда я дотрагивалась до чего-либо металлического или типа того, мне казалось, это было в чем-то очень слизком. Я никак не могла понять, в каком же это дерьме? Но разглядеть я этого не могла. Кроме того, у меня постоянно тек нос. Иногда я вытирала его руками, пальцы которых и так были в какой-то слизи. В общем, под ногтями были сопли. Я не могла догадаться, откуда они там появляются, тем более сопли были не только под ногтями. Они были, наверное, повсюду, но увидеть я их не могла. Когда я поняла, что и на пальцах ног есть ногти, сопли начали образовываться и там. Это мешало жить. Повсюду начали появляться в противовес соплям использованные салфетки, о чем я интеллигентно заметила Томке: "Они гармонируют".

Моя манера говорить была поразительна. Те истерические визги, которые вырывались из моих уст, смешиваясь с соплями и слезами (от смеха), эта интонация.. все это было потрясающе катастрофически. Но это все было не сравнимо с тем, какие у нее были глаза! Те маленькие черные точечки, которые обычно меньше зрачка раза в два, увеличились и вылезли аж за его пределы. У нее не осталось лица, было только два неимоверных черных (а иногда почему-то синих) немеряных иллюминатора.

Мы сидели на кухне и бесперерывно курили. Мы все не могли понять, чем же заняться, т.к. на любое предложение возникал вопрос: а на хуй? Попытки вспомнить, что мы делаем в реальной жизни склоняли к апатии. Да еще эти сопли!! И эти страшные глазища!!

Мы ушли в философию. Если сказать по-проще - начали заморачиваться. Но с другой стороны, это были очень важные умозаключения. Первое заключалось в том, что мы ни хера не понимали. Это было самое что ни на есть нехеранепонимание. Рассказать об этом словами у меня не получится, так как в реале мы хоть о чем-нибудь, но, по-любому, имеем понятие. Тогда - нет. Нас конкретно выбило из окружавшего нас до того мира. Хотя реальная жизнь лично у меня представлялась очень отчетливо. Это был длянный туннель (почему-то приятно-зеленого оттенка), выходящий неоткуда и ведущий вникуда. Неоткуда - это, видимо, далекое детство, которое не оставило воспоминаний; вникуда - будущее, о котором я пока не имела понятия. Мне представлялась, что вот так я живу в реале: иду по туннелю, зная, что у меня позади и примерно представляя, что будет впереди. Я поняла, насколько жизнь машинальна. Под грибами я даже долго вспоминала, как курить сигарету. Я обращала внимание на то, что почему-то выключаю свет, когда выхожу из туалета и тому подобное. Казалось: блять, почему же туннель такой узкий, состоящий только из машинально повторяющихся вещей: работа, учеба, дом, поесть, поспать, почитать, на выходных сходить за грибами, когда-нить где-нить тусануться.. Ведь в мире столько вещей помимо этого туннеля, который продолжается по течению времени. То, когда с нами были грибы, было время, когда не было Времени. Вот оно, это четвертое измерение!!

Туннель разорвался, но не оборвался. Я знала, что после грибов он опять должен продолжиться, все такой же узкий и зеленый, хотя было сомнение, что я в него просто так вернусь. Реальная жизнь, этот туннель, был таким тупым, таким ограниченным, все действия, совершаемые нами в жизни, все наши поступки, мысли казались просто какой-то ненужной и непонятной херней, да еще с другой стороны - ужасно сложной и запутанной. Я понимала, что пока я в четвертом измерении, я могу что сделать такое, что было бы выше всего этого, но, все, что я могла бы сделать по-любому ассоциировалось с реалом, и делать я ничего просто не могла. Точнее вообще не хотела. Совсем. Нам обоим все казалось безумно сложным. И абсолютно ненужным. Причем, до такой степени, что хотелось остановить даже свои мысли, чтобы их не было вообще. Мы не хотели вообще ничего. Ничего вообще. Хотя в реальной жизни я тоже особенно не чего не хочу (я много работала над этим), но тогда, как будто, вообще ничего не было. Только необъяснимо хотелось попасть в другую реальность, в другой мир, где нас бы поняли, но это было вообще невозможным: мы, как и прежде, оставались в этом мире, на моей кухне, просто не было Времени, и некуда было податься. Несмотря на это нехеранепонимание, я знала, что я все же что-то поняла (видимо, описанное выше), и что грибной экспириенс потребует очень долгих и грубоких мыслительных процессов, когда я вернусь назад. В принципе, для этого я их и ела. Спасибо, Гриб.

Убило то, как отпустило. На самом деле, эта вся философия и началась тогда, когда мы поняли, что отпускает. Но последние штрихи, прощание гриба с нами было мимолетным. Как не странно, мы раз! - и опять попали в наш зелененький туннельчик, нашу повседневную машинальную реальность. Почему-то он был уютный, теплый, мягкий, и совсем не казался более тупым и ограниченным. Мой дом снова стал моим любимым домом. Сопли из-под ногтей исчезли, Томкины зрачки вернулись в орбиты. Нам было хорошо и спокойно. Мы даже смогли воспринимать телевизор, хотя до этого он был неописуемо, невообразимо тупым, таким, что даже становилось страшно. Вернувшись, даже кушать захотелось.

.. Вот такая моя история. Такой был наш первый с Томкой опыт. Ни меня, ни ее толком не поглючило, если, конечно, сопли не в счет. Прав был тот, кто сказал, что человек, который хоть раз съел грибы, навсегда останется человеком, который съел грибы. Остальные никогда нас не поймут, пока не попробуют, конечно. Иногда мне становится от этого страшно, ведь я побывала там, где в принципе человеку не положено находиться. Поэтому надо всегда серьезно относится к попаданиям в другие реальности, готовиться к этому и очень уважать Гриб. Потому что, когда грибы злятся.. Ну, это я, может быть, тоже узнаю.

найдено по адресу: http://spaceflower3.tripod.com/story4.htm